Король-Солнце и Черная Королева (1)

Иногда, очень редко, но короли все-таки могут жениться по любви, а не во имя политических выгод. Второй, тайный морганатический брак Людовика XIV с Франсуазой де Ментенон был основан на чувствах, хотя пленила Франсуаза короля прежде всего своим разумом.
пятница, января 17, 2014

Не все великие любовные истории на­чинаются со вспышки пылкой страс­ти или с тихого сияния романтичес­кой влюбленности. Иногда любовь приходит вслед за дружбой. И чаще всего имен­но такие союзы становятся наиболее прочными и счастливыми.Последняя любовь Людовика XIV, «короля-солн­ца», была союзом двух много переживших лю­дей, основанным на многолетней дружбе, вза­имном уважении и духовной поддержке. При­чем избранницей короля стала женщина, ничем не похожая на прежних его фавориток, которых было великое множество, и во многих из них он не на шутку влюблялся.

Первой возлюбленной, Марии Манчини, он го­тов был предложить руку и сердце и сделать ее королевой и, если бы не яростное сопротивление матери, Анны Австрийской, и кардинала Джулио Мазарини, которые подготовили для него выгод­ный брак с испанской инфантой Марией-Тере- зией, возможно, Людовик женился бы по люб­ви еще в возрасте двадцати четырех лет. Другой великой любовью стала для него Луиза де Лавальер, «прекрасная хромоножка», кроткое и чис­тое создание.

От Луизы, постоянно терзавшейся из-за стыда за свое падение, Людовик перешел в объятия женщины, во всем ей противополож­ной: самой красивой из придворных дам, бес­стыдницы, сладострастницы и транжирки Атенаис де Монтеспан. Конечно, были у Людовика и мимолетные увлечения, но каждый из его серь­езных романов длился долго, десятилетия. Рож­дались дети, и король их неизменно признавал. И всякий раз он с наслаждением позволял фа­воритке практически все, кроме вмешательства в политические дела.

Он говорил придворным: «Я всем приказываю: если вы заметите, что женщина, кто бы она ни была, забирает власть надо мной и мною управ­ляет, вы должны меня об этом предупредить. Мне понадобится не более 24 часов для того, чтобы от нее избавиться и дать вам удовлетворе­ние...» О женском интеллекте он был не слишком высокого мнения: «Как только вы дадите свобо­ду женщине говорить с вами о важных вещах, она заставит вас совершать ошибки».

Избранницей короля стала женщина, ничем не похожая на прежних его фавориток.

Однако Франсуаза д'Обинье, вдова Скаррон, пленила его прежде всего интеллектом. С ней он говорил только о важных вещах, в том числе и о политике. И был уверен, что, опираясь на ее совет, никогда не ошибется. Франсуаза, родившаяся 27 ноября 1635 года в крепости Ниор, куда ее родители, Констан д'Обинье и Жанна де Кардийяк, были заточе­ны за приверженность протестантской вере, приходилась внучкой великому поэту и не ме­нее великому предводителю гугенотов Агриппе д'Обинье.

Тень покойного деда постоянно мая­чила за ее плечами: никто никогда не забывал о происхождении этой девушки. Следу­ет отметить, эта уверенность сильно подпорти­ла Франсуазе детство и юность. Новорожденную по приказу кардинала де Ришелье забрала графиня де Нейльян, что­бы окрестить по католическому обряду. После крещения малышку вернули родителям, в уве­ренности, что теперь душа ее спасена, даже если воспитание ей дадут еретическое. На время заточения родителей Фран­суазу отдали в семью мадам де Биллет, родной сестры отца.Годы, проведенные в ее доме, были са­мыми счастливыми для Франсуазы. После освобождения Констан д'Обинье с семь­ей по приказу кардинала был выслан на Марти­нику. Жанна д'Обинье сумела обустроиться на острове с комфортом и даже начать какое- то дело.

Губернатор острова отказывался отпускать мать Франсуазы, пока она не расплатится.

Кончилось все крахом: глава семейства в очередной раз ударился в загул, проиграл все семейное имущество и бежал обратно во Фран­цию, оставив жене все свои долги. Жанна пыта­лась справиться с ситуацией, быть своим детям «и отцом и матерью» (так она писала родным), но в конце концов сдалась и решила вернуть­ся, чтобы искать поддержки если не у блудно­го мужа, то хотя бы у своей семьи. Но главный ее кредитор, губернатор острова, отказывался отпускать мадам д'Обинье, пока она не распла­тится. Жанне пришлось оставить Франсуазу в залог.

Лишь спустя год губернатор понял, что обманут и что на его попе­чение оставили ребенка, за которым никто не собирается возвращаться. Воспитывать ее до совершеннолетия он не собирался, но и вовсе бросить на произвол судьбы юную дворянку не мог, поэтому оплатил Франсуазе дорогу во Францию и сопровожда­ющую, которая должна была пере­дать ее родственникам. А Франсуаза понимала, что ее предали, сознавала свою не­нужность. Стоицизму, который позже поражал окружающих, и невозмутимости перед лицом невзгод она училась с детства. По дороге с Мартиники с Франсуазой произо­шел загадочный инцидент: она тяжело захвора­ла и впала в такое глубокое беспамятство, что ее сочли мертвой. Матрос уже начал заворачи­вать ее в кусок ткани, чтобы похоронить в море, когда солнце, коснувшееся век, привело девоч­ку в сознание. Она открыла глаза. Спустя годы епископ города Мец, которому Франсуаза рас­сказала эту историю, заметил: «Из такой дали зря не возвращаются, возвращаются для свершений».

В 1650-х годах один за другим умерли ее ро­дители. Теперь графиня де Нейльян стала официальной опекуншей Франсуазы.

Родители Франсуазы были разорены, отец много пил, мать болела, так что во Франции девочку снова взяла под свое крыло любимая тетя, мадам де Виллет. И для Франсуазы опять было началась жизнь в любви и душевном тепле, но длилась она недолго. Крес­тная, графиня де Нейльян, забрала Франсуазу к себе и пыталась привить ей почтение к католической вере и необхо­димое смирение, практически превратив де­вочку в служанку. А потом передала крест­ницу монахиням-урсулинкам. Однако поступить в монастырь без денежного взноса было невозможно. И как только монахини соч­ли, что перевоспитание завершено, ее вер­нули в дом графини де Нейльян. В 1650-х годах один за другим умерли ее ро­дители. Теперь графиня де Нейльян стала официальной опекуншей Франсуазы. Гра­финя привезла свою крестницу в Париж.

Скаррон сразу заявил: «Нет, малютка, вы не пойдете в монастырь. Вы выйде­те за меня замуж!»

На счастье Француазы в доме графини де Нейльян соби­ралось блестящее общество, бывали лю­ди, которые могли оценить ум и неорди­нарность Франсуазы. Один из таких людей рассказал о незавидной судьбе внучки Аг- риппы д'Обинье знаменитому на весь Па­риж поэту Полю Скаррону. Некогда Поль Скаррон был модным абба­том, волокитой, остроумцем и всеобщим любимцем, но ему не было и тридцати, ког­да его поразил ревматоидный артрит, скру­тивший и практически парализовавший его тело.

Поэт стал пленником инвалидного кресла, его мучили чудовищные боли, но ос­троумие его не покинуло, разве что в стихах появилось больше яда. Скаррон был не бо­гат, но решил помочь Франсуазе д'Обинье и дать ей сумму, необходимую для поступ­ления в монастырь. Девушка написала ему благодарственное письмо, в котором выра­зила восхищение его стихами. Письмо произвело на Скаррона впечатление, он отве­тил, завязалась переписка. Еще ни разу не уви­девшись, сорокадвухлетний поэт-калека и сем­надцатилетняя бесприданница стали друзьями.

Наконец Поль Скаррон пожелал познакомиться с Франсуазой. Современники утверждали, что, увидев Франсуазу, Скаррон сразу заявил: «Нет, малютка, вы не пойдете в монастырь. Вы выйде­те за меня замуж!» Франсуаза согласилась. Она стала для Скарро­на не только женой, но и другом, собеседницей, сиделкой. А еще - хозяйкой его салона на улице Сент-Луи, в котором бывали самые блестящие люди того времени. Одним из завсегдатаев был и маркиз де Монтеспан.

Скар­рон с увлечением занимался образованием сво­ей жены, а Франсуаза с удовольствием училась. В общении с его гостями она постигала искусст­во изысканной придворной беседы и галантно­го остроумия. Хотя весь Париж ужасался участи  юной девушки, отданной в жены скрюченному паралитику, хотя все заглазно осуждали графи­ню де Нейльян, согласившуюся на этот брак, Франсуаза на самом деле была очень счастли­ва все восемь лет брака со Скарроном.

Франсуаза согласилась стать воспита­тельницей королевского бастарда, ведь уезжать из Парижа ей совер­шенно не хотелось.

Поль Скаррон скончался 6 октября 1660 года, ос­тавив Франсуазу практически нищей. Вдове по­могали друзья покойного, в том числе и маркиз де Монтеспан, в 1663 году женившийся на первой из придворных красавиц - Атенаис де Тонне-Шарант. Он познакомил жену с Франсуазой. Спустя несколько лет Атенаис де Монтеспан, к тому времени ставшая фавориткой короля Лю­довика XIV и родившая от него сына Луи-Огюс- та, предложила Франсуазе тайную и постыдную, но вполне денежную должность: стать воспита­тельницей королевского бастарда.

Франсуаза согласилась, ведь уезжать из Парижа ей совер­шенно не хотелось, тут оставались все ее друзья. К тому же она любила детей, сокрушалась о том, что сама так и не стала матерью. Она поселилась в деревне Вожирар. Количест­во ее воспитанников постепенно прибавлялось: на свет появились Луиза-Франсуаза, Луи-Сезар, Луиза-Мария, Франсуаза-Мария, Луи-Алек­сандр. Вдова Скаррон прекрасно заботилась обо всех детях, но выделяла старшего, Луи-Огюста. В детстве по недосмотру кормилицы он упал из кроватки и сломал ногу, да так и остался хромым. Атенаис де Монтеспан равнодушно относилась к своим детям и от мужа, и от любовника, а сы­на-калеку и вовсе невзлюбила.

Другие статьи на эту тему:

Король-Солнце и Черная Королева (2)

Автор: Елена Прокофьева

Источник: Журнал "Gala Биография" №10 (108),  декабрь 2013г.

Добавить комментарий

Plain text

  • HTML-теги не обрабатываются и показываются как обычный текст
  • Адреса страниц и электронной почты автоматически преобразуются в ссылки.
  • Строки и параграфы переносятся автоматически.
Яндекс.Метрика